Напарник чародея [ = Спутник чародея ] - Кристофер Сташеф

— Мы шли по курсу столкновения с омнибусом, — объяснил компьютер. — Через три секунды в воздухе произошло бы крушение, а это плохо отразилось бы на вашем здоровье.

— К дьяволу мое здоровье! Я отвернул бы в нескольких метрах! Ты не дал свершиться транспортно-дорожной проделке столетия!

Компьютер помолчал, потом объяснил:

— У меня не было сведений о ваших намерениях.

— Тебе совершенно не обязательно знать о моих намерениях! Если я решу совершить самоубийство, это мое дело, но никак не твое!

— Я запрограммирован в соответствии со следованием всем гражданским и уголовным законам, — ответил компьютер. — И не могу действовать, нарушая их.

— Не ты действуешь, а я! Твоя программа — повиноваться мне!

— Тем не менее я обязан избегать столкновений с законом.

— Предоставь своему хозяину беспокоиться о законах! Если я отключаю блокировку, то это становится моей проблемой, а не твоей!

— Закон не позволяет...

— Закон не отправит тебя на металлолом, если не будешь мне подчиняться! — взвыл Регги. — А я отправлю! И еще как! Давай дуй побыстрее к дому Ширли! И больше не смей вмешиваться в мои действия!

Компьютер замолчал, зафиксировал этот приказ и внес его в свою программу. Однако это изменение создало внутреннее противоречие, и компьютер часть своей мощности переключил на попытку его разрешить. (В его программе была заложена возможность, что подобное противоречие является кажущимся, а не реальным).

Регги снова откинулся на спинку сиденья, шедшего вдоль трех сторон каюты, и пробормотал:

— Тупая машина!.. Эй! — он посмотрел на приборную доску. — Подай мне мартини!

Панель у его локтя отодвинулась. Настроение Регги резко улучшилось, как только он ощутил в руке запотевший стакан с прозрачной жидкостью и маслиной в ледяном кубике.

— Ну, хоть что-то в твою программу включено полезное, — заявил он.

Компьютер разумно предпочел не отвечать. Он сверился с хранящейся в памяти картой города, сопоставил с адресом, который назвал Регги, садясь в машину, предварительно сделав скидку на произношение, омонимы и неточности, повернулся на шестьдесят восемь градусов по часовой стрелке и начал ускоряться так плавно, что Регги проворчал.

— Ты не можешь двигать эту посудину побыстрее?

Лакей открыл дверь и впустил Регги.

— Мисс Делдер сейчас выйдет к вам, сэр.

— Прекрасно, прекрасно. Мартини у вас здесь есть?

Мартини материализовался так быстро, что Регги подумал, а на самом ли деле этот лакей из породы роботов. К несчастью, не успел он сделать глоток, как Ширли впорхнула в комнату в облаке косметики и обтягивающем платье из тафты.

— Как ты быстро, Регги! Пошли отсюда! Я умираю с голоду.

Регги неохотно вернул недопитый стакан лакею и подставил барышне локоть кренделем. Могла бы по крайней мере подождать, пока он выпьет!

Но тут ему пришло в голову, что Ширли сделала так нарочно. Это плохое предзнаменование — то, что она была полностью экипирована ко времени его появления. Может быть, она жаждет что-то сообщить ему?

Нет, он не угадал.

Девушка застыла, вытаращив глаза, дыхание у нее перехватило:

— О, Регги! Ты не сказал даже мне!

Она увидела «хитраш», конечно. Регги позволил себе улыбнуться.

— Всего каких-нибудь полста тысяч.

— Я тоже такой хочу! — Ширли погладила дверцу, и Регги неожиданно для себя испытал укол ревности.

— Кончай заморочки, малышка, почему бы тебе не сесть в тачку? — предложил он.

— С удовольствием!

Дверца скользнула в сторону, и звучный голос произнес.

— Мадемуазель, добро пожаловать.

Ширли подняла голову, глаза ее сверкали.

— Ну и ну! Тот, кто программировал эту штуку, знал, как обращаться к леди!

— Это робот серии ФСС, — небрежно заметил Регги. — Как водится, со всеми прибамбасами!

— Знаменитая серия кибернетической компании? — неожиданно Ширли насторожилась. — Эти роботы программируются исключительно для верного служения хозяину?

— Ну... да...

— В нашу программу заложено также глубочайшее уважение ко всем людям, — заверял ее робот, — за исключением тех случаев, когда хозяину угрожает опасность непосредственного нападения. Не хотите ли войти, мадмуазель?

— Ну... если ты так говоришь... — и Ширли вошла.

Регги последовал за ней — побыстрее, на всякий случай: вдруг у нее или у робота возникнут какие-то идеи, — и дверца закрылась.

Ширли уютно устроилась калачиком на мягком сидении.

— Мне всегда нравилось сибаритствовать. А тут — это можно делать с полным основанием!

— Клево, старуха! — Регги придвинулся к ней поближе.

— С другой стороны, есть определенные ограничения, — Ширли отодвинулась от него. — Когда отправимся?

— Мы уже в воздухе, мадемуазель, — сообщил компьютер.

— Что за неженка эта машина, — пробормотал Регги.

— Мы запрограммированы стартовать гладко.

— Я тоже, — пробубнил под нос Регги, придвигаясь к Ширли вплотную.

Ширли отодвигалась, пока не прижалась к стенке.

— Машина, в тебе действительно удобно, — кокетливо заявила она.

— Ты мне только дай возможность доказать это, — шепнул Регги, придвигаясь еще ближе.

— Даже бар есть! — Ширли встала, перешагнула через ноги Регги и направилась к дверце, чтобы рассмотреть панель автобара. — Но тут нет кнопки исполнения.

— Я запрограммирован отвечать на устные приказы, мадемуазель.

— Замечательно! — Ширли снова села. — Шабли, если не возражаешь.

— А я, пожалуй, ограничусь мартини, — Регги вздохнул. Кажется, пока он больше ничего не добьется.

— Ты не хочешь сначала поесть? Опьянеешь.

— Не б... бойся. Я еще... н... не выпил как следует.

Ширли задержала дыхание, пока не перестало разить перегаром. Очевидно, октан с высоким числом.

— Что закажет мсье?

Регги сердито посмотрел на официанта. Наверное, научился этому французскому акценту в старых фильмах.

— Да... Все, что покрепче.

— Bon, мсье, — сказал официант с каменным выражением на лице, не обращая внимания на стакан ледяной воды перед Регги и строго поджатые губы Ширли. — И что для начала?

— Ну, скажем... бургундское, — Регги взглянул на Ширли. — Ты что-то говорила о цыплятах?

Она кивнула, не доверяя членораздельности собственной речи.